The news is by your side.

Каким должен быть корвет ВМФ России? Немножко диванной аналитики

0 1

Каким должен быть корвет ВМФ России? Немного диванной аналитики

Без сомнения, читатели, интересующиеся нынешним состоянием военно-морского флота Российской Федерации, неоднократно встречали новинки и статьи, содержавшие весьма негативные отзывы о существующих проектах отечественных кораблей ближней морской пояса. Речь идет о корветах проектов 20380, 20385 и 20386, патрульных кораблях проекта 22160.

Первенцы отечественного флота – корветы образа «Стерегущий» получили определенные проблемы как с ходовой (отечественные дизели не отличались надежностью), так и с качеством вооружения, поскольку устанавливаемые на серийные корветы проекта 20380 ЗРК «Редут» не мог в целой мере использовать возможности своих зенитных управляемых ракет с активной головкой самонаведения. Этому препятствовала бессилие обзорной РЛС корветов данного типа, возможностей которой было недостаточно для того, чтобы вывести ЗУР к мишени на расстояние, позволяющее осуществить захват последней активной ГСН ракеты, а специализированной РЛС управления «Редутом» на проект 20380 не устанавливалось.

Корветы 20385 воображали собой эдакую работу над ошибками – вместо отечественных дизелей на них собирались устанавливать иностранные, РЛС общего обзора «Фуркэ» должен был заменить более эффективный и нынешний многофункциональный радиолокационный комплекс (по всей видимости, речь идет об МФ РЛК «Заслон»), какой позволял эффективно управлять ракетами ЗРК «Редута», а восемь ПКР Х-35 были заменены УКСК на 8 куда немало мощных и эффективных ракет семейства «Калибр» или ПКР «Оникс». В итоге корабли вышли хороши всем, кроме цены – если проект 20380, по некоторым этим, по состоянию на 2011 г. стоил порядка 10 млрд. руб., то в феврале 2013 г. стоимость корветов проекта 20385 оценивалась уже в 14 млрд. руб., с перспективой увеличения до 18 млрд. руб. Даже заведя инфляционную поправку, с которой стоимость корвета 20380 в начале 2013 г. должна была составить 11,15 млрд. руб.

Получалось, что стоимость корвета 20385 превышала таковую корвета 20380 образцово на 25-60%. Корветы с «Редутами» и «Калибрами» по своей мощи приближались к фрегатам, но при этом фрегатами все-таки не бывальщины – а их стоимость соответствовала кораблям «адмиральской» серии, то есть проекта 11356, с какими они не могли конкурировать ни по мореходности, ни по автономности. Да и идея приобретать дизели у немцев приказала длинно жить после долгожданного вступления Крыма в состав Российской Федерации. Соответственно, ВМФ РФ бедствовал в новом типе корвета.

Таковой был спроектирован – речь идет о проекте 20386, но тут, опять же, кривой нашла на камень. С одной стороны, вроде бы удалось решить (по крайней мере – теоретически) ряд наболевших проблем. Так, проблемные отечественные дизели замещаются новой энергетической установкой, состоящей из газотурбинных, и электродвигателей. Водоизмещение корабля повышено, что позволяет рассчитывать на лучшую мореходность и дальность хода, вооружение, избыточное по суждению флота – до некоторой степени секвестировано.

Однако же едва ли не самый важный параметр – стоимость корабля снизить не удалось. За счет ряда по меньшей мере странных решений, к каковым, так, относится отсек модульных вооружений с вертолетоподьемником, головной корабль проекта 20386 «Смелый» в сопоставимых ценах примерно на 33% дороже серийных корветов проекта 20380.

Каким должен быть корвет ВМФ России? Немного диванной аналитики

Что у нас еще осталось? Ах, да, патрульный корабль проекта 22160, какой вооружен 76-мм АК-176МА, ПЗРК «Игла» в количестве 8 единиц (возможно, имеется ввиду «Гибка», то кушать мини-ЗРК, стреляющий теми же самыми «иглами»), парой гранатометных комплексов, таким же числом 14,5-мм пулеметов и вертолетом. Иными словами, вооружением, более-менее подходящим кораблю береговой охраны, но никак не военно-морского флота.

Разумеется, кушать еще модульное вооружение, но какое? Согласно данным «Северного ПКБ» на корабль проекта 22160 можно поставить или ракетный комплекс «Калибр-НКЭ» в контейнерном исполнении плюс ЗРК «Штиль-1», либо же ГАС «Виньетка-ЭМ» два 324-мм торпедных аппарата и две пусковых установки ПКР «Уран». Про комплектацию «Калибр»&«Штиль-1» вытекает забыть сразу – во-первых, до сих пор не было заказано ни одной контейнерной установки «Калибров», во-вторых, не было никаких заказов и на модульные «Штили».

В-третьих, и это основное, как стало известно, патрульные корабли проекта 22160 комплектуются подкильной ГАС МГК-335, воображающей собой оцифровыванную «Платину» с дальностью обнаружения подводных ладей 10-12 км и буксируемой «Виньеткой», что неопровержимо свидетельствует о том, какую именно модификацию избрал ВМФ. Что, собственно говоря, совершенно неудивительно – если бы даже каким-то чудом на корабль проекта 22160 удалось взгромоздить «Калибры» и «Штили» со всем потребным для их эффективной труды оборудованием, то корабль все равно оставался совершенно беззащитен против своего основного противника – подводных лодок. Просто потому что совершенно не имел противолодочного вооружения, а его оружия подводного поиска ограничивались бы ГАС, предназначенной для поиска боевых пловцов.

Каким должен быть корвет ВМФ России? Немного диванной аналитики

Патрульный корабль проекта 22160 «Василий Быков»

Впрочем, противолодочный вариант проекта 22160 тоже ущербен – получив какие-никакие оружия поиска подводных лодок, патрульный корабль не имеет средств их уничтожения – даже 324-мм «Пакет-НК» «не завезли», а ведь этот комплекс, по большенному счету не столько против вражеских подводных лодок, сколько против их торпед… В всеобщем, надежда только на вертолет, а это очень даже не хорошо. Вообще говоря, в случае противолодочной операции винтокрыл должен, загрузившись буями, «высеивать» их в заданном зоне, а вот если использовать его как основное оружие, то есть держать на палубе с подвешенными к нему малогабаритными торпедами, пока патрульный корабль будет разыскивать вражескую ПЛ своими ГАС, то эффективность использования вертолета будет стремиться к 0.

Пожалуй, можно храбро предположить, что ни один из четырех означенных выше проектов не годится на роль военного корабля ближней морской зоны для ВМФ РФ. Но, как говорится: «критикуешь – предлагай» и в этой статье мы попытаемся представить лицо перспективного корвета ВМФ РФ. Каким он должен быть?

Для того, чтобы сделать это, необходимо определиться с ключевыми задачами, какие будет решать данный корабль. По мнению автора настоящей статьи, нынешний корвет – это корабль, способный действовать самостоятельно в прибрежной зоне (200 миль или 370 км от береговой черты) и в составе соединений немало крупных «собратьев» — в ближней морской зоне, то есть на удалении до 500 миль (топорно 930 км) от берега. То есть корвет на расстоянии до 930 км от берега должен уметь:

1. Вести розыск и уничтожение вражеских атомных и неатомных подводных лодок.
2. Сопровождать гражданские корабля или десантные корабли, участвуя в обеспечении ПВО/ПЛО такого соединения;

И… собственно говоря, все.

А как же масса иных задач, спросит возмущенный читатель? Ну вот взять, к примеру, огневую поддержку десанта – как с ней быть? Что же, подавайте посмотрим, чем сегодня располагают отечественные корабли классов «корвет» и «патрульный корабль». Наиболее мощной артсистемой является 100-мм пушка А-190, устанавливаемая на корветы проектов 20380/20385.

Каким должен быть корвет ВМФ России? Немного диванной аналитики

Но в ее боекомплекте отсутствуют бронебойные снаряды, но даже если бы они и бывальщины, то с разумной дистанции боя такой снаряд не «возьмет» защиту современного танка. А ведь эти бронированные сухопутные машины воображают собой страшную угрозу для высаживающегося десанта – они могут, совершив марш-бросок, скоро выйти к побережью, и смешать не успевший высадиться десант с прибрежным илом. Увы, «сотки» нескольких корветов ничем им не помешают.

Контрбатарейная война? Казалось бы – да, тем более, что флотские пушки традиционно славятся скорострельностью, и устроить огневой налет на позиции каких-либо САУ – самое милое дело, но…

Во-первых, не такая уж у «сотки» большая дальность –21 км, нынешние САУ могут забросить свой снаряд, даже не активно-реактивный, на расстояние до 30 км, и расстреливать наш десант из недосягаемого дальня. А во-вторых, контрбатарейная борьба включает в себя, например, такую совершенно необходимую аппаратуру, как, так, РЛС артиллерийской разведки, но где ее взять на корвете?

В общем, получается, что формально наши небольшие корабли в плане огневой поддержки чего-то вроде бы и могут, но на практике… На практике в СССР для поддержки десанта планировали основывать специализированный корабль, несущий две 130-мм «спарки» (в дальнейшем этот корабль сделался эсминцем проекта 956), а до того рассчитывали на легкие крейсера с дюжиной 152-мм пушек и артиллерийские эсминцы, опять же, со 130-мм артиллерией. Собственно такой калибр, сегодня, пожалуй, минимален для того, чтобы можно было всерьез поддерживать десант, и, опять же, орудий на корабле должна быть желая бы пара, и специализированное оборудование для него… А это уже совершенно другие веса: если масса одноорудийной 100-мм установки А-190 составляет 15 т, то масса двухорудийной 130-мм – 98 т, не находя автоматизированного погреба боеприпасов в 40 т. То есть это уже совершенно не «корветские» калибры – наверное, разместить такую артсистему на корабле стандартным водоизмещением менее 2 000 т, все-таки можно, но что останется на прочие виды вооружений?

Ну, а как же противокорабельная борьба? Отвечу вопросом на вопрос: а с кем, собственно, мы планируем биться? Отправлять корветы в бой против АУГ – это даже не смешно, не их задачи и не их возможности. Корабельные группировки США, хоть авианосные, хоть нет, если и придутся непосредственно к нашим берегам, так только после того, как вдрызг разобьют нашу оборону с моря, то кушать сокрушат авиацию сухопутного базирования, соединения БРАВ и немногочисленные оставшиеся у нас крупные корабли. Но в подобной ситуации корветы уже ничего не разрешат, даже если каким-то образом к этому моменту удастся «спрятать» от уничтожения несколько штук.

Ну, а если не американский флот, тогда кто же? В СССР небольшие ударные корабли рассматривались в том числе и как средство борьбы с подобной себе «мелкотой» стран НАТО. Но дело в том, что сегодня такое столкновение выглядит весьма надуманным, и вот по какой вину. Ни для кого не секрет, что в современном бою надводные корабли, тем более – малого водоизмещения, легковесно проиграют вражеской авиации. Даже крупные океанские эсминцы и ракетные крейсера с их мощнейшим ПВО не в состоянии самостоятельно отбить правильно организованный воздушный налет, чего уж говорить о кораблях классов «фрегат» или «корвет»!

А это, в свою очередность, означает, что противник не пошлет свои корабли в зону действия нашей авиации – но, с иной стороны, и у наших корветов нет задач там, где господствует авиация противника и присутствуют его легкие мочи. Иллюстрируем все вышесказанное на небольшом примере.

Представим себе некую гипотетическую ситуацию, при какой мы умудрились ввязаться в масштабный военный конфликт с Турцией, располагающей весьма бесчисленным надводным флотом: все же в составе их ВМФ находится 24 фрегата и корвета. Пошлют ли они эти корабли к нашим берегам? По суждению автора настоящей статьи – ни в каком случае, ведь это будет почти гарантированное самоубийство. Ведь там они не будут гарантированы прикрытием собственных самолетов, но зато окажутся в радиусе досягаемости и нашего полка морской авиации, и ВКС, и ракетных комплексов Хватав: «Бастион» и «Бал». Излишне говорить, что ПВО даже лучших турецких кораблей просто не назначено для противодействия такому противнику. Да и что бы делали у того же Крыма турецкие фрегаты? Попытались обстрелять Севастополь из 127-мм пушчонок?

Каким должен быть корвет ВМФ России? Немного диванной аналитики

Фрегат образа «Явуз» ВМФ «Турции»

Совсем иное дело – поступки подводных лодок, которых у Турции имеется 13 единиц. Их не подбить ракетой «Бала», не истребить Су-30СМ и они действительно могут нанести известный ущерб нашим боевым кораблям, каботажному судоходству. В то же пора турки знают, что подводные лодки есть и у нас, и отсюда легко просматривается их стратегия – содержать свои корветы и фрегаты у своих берегов, обеспечивая действия собственных ПЛ и препятствуя нашим, а надвигаться в зону действия нашей авиации и БРАВ собственной авиацией и подводными ладьями.

Но ведь то же самое верно и для нас – нам тоже не с руки посылать свои корветы и фрегаты к дальним турецким берегам, под самолеты турецких ВВС, которые одних только F-16 различных модификаций насчитывают 260 штук. Для нас также лучше будет вести наступательные операции подводными ладьями и самолетами, дальнобойными ракетами, а корветы и фрегаты задействовать для обороны баз, побережья и морских линий вдоль него.

Но ведь то же самое верно практически для любого театра. Крайне сложно представить, чтобы та же Германия, в случае военного конфликта попыталась бы прорываться к Кронштадту в манере приснопамятной операции «Альбион» 1917 г., то же можно сказать и о норвежцах на севере, да, собственно, и о японцах на Далеком Востоке. А это говорит о том, что борьба корвета против равного, или более сильного надводного противника будет представлять не правилом, а исключением из него.

Ну вот представим, что мы вложились в патрульные корабли проекта 22160 в и ударном варианте, с «Калибрами» и «Штилями». Завязалась война, с какой-то мощной региональной державой, уровня Турции. И… что? Отправить эти корабли к вражьим берегам, чтобы неприятельская авиация их там уничтожила практически без потерь для себя? Кинуть их искать вражеские ПЛ, действующие у наших берегов, пользуясь старинным дедовским методом – сигнальщик высматривает перископ над водой? Разумеется же нет. И всю войну простоят такие корветы в базах, где им не угрожают ПЛ, под прикрытием родной авиации и береговой ПВО. Ну, пальнут чету раз по какому-нибудь турецкому штабу «Калибрами». Стоило ради этого огород городить, если с подобный вот «боевой деятельностью» легко справится пара «Буянов-М» класса река-море?

Автор натуральнее статьи отлично понимает, что у немалого количества читателей идея о том, что отечественные корветы не обязаны тащить противокорабельного вооружения вызовет… скажем так, сильнейшее отторжение. Но факт заключается в том, что корвет, это, в первую очередность противолодочный корабль и главный его противник – подводная лодка. При этом нужно соображать, что и дизельная, и атомная ПЛ – чрезвычайно опасный враг, уничтожить которого очень непросто – тем немало кораблю относительно небольшого водоизмещения, зачастую меньшего даже, чем его подводная мишень.

Итак, с приоритетным противником на море мы определились, а как же в воздухе? Ответ снова не очевиден: как ни удивительно, основным противником здесь выступят не самолеты и не вертолеты, а управляемое ракетное оружие, сиречь – противокорабельные ракеты и планирующие бомбы. Отчего так?

Суть корвета, как средства борьбы с ПЛ противника заключается в том, что он представляет собой сравнительно дешевый, и многочисленный класс кораблей, которые в угрожающий период могут и должны быть рассредоточены по акватории с тем, чтобы гарантировать максимальный охват корабельным средствами обнаружения ПЛ, в том числе — вертолетами. Нет смысла выстраивать корветы в гордый кильватерный построение баталии – они должны действовать автономно, разойдясь на дистанцию, на которой их средства подводного розыска не перекрывают друг друга. Но что мы тогда будем иметь в итоге? Правильно – сеть небольших и сравнительно слабых кораблей.

Может ли одиночный корвет, пусть даже оснащенный ЗРК «Редут» самостоятельно отбить атаку двух-трех боевых самолетов, оснащенных современными средствами вооружения и радиотехнической войны? С высочайшей долей вероятности — нет. Как бы ни был хорош его ЗРК – он один, и с ограниченным боекомплектом. Первый аэроплан, ненадолго выйдя из-за радиогоризонта атакой заставит «включиться» СУО зенитных оружий корабля, второй – начнет их радиоэлектронное подавление, выпустив одновременно противорадиолокационные боеприпасы, а третий нанесет основной удар по связанному сражением корвету. После такой атаки если корабль и уцелеет, то, скорее итого, уже в форме полыхающего и небоеспособного куска металла, с трудом держащегося на поверхности моря.

Можно, разумеется, расширить ПВО корветов – добавить пусковых установок ЗУР, предусмотреть более мощные РЛС, ввести дополнительные ЗРАК т.д…. Да только закончится все это тем, что из корвета в итоге получится фрегат, и по размерам, и по стоимости. А нам необходим именно дешевый и массовый корабль: если вместо этого будем строить дорогостоящие, и малыми сериями, то задача этого класса кораблей просто перестанет выполнятся. Иными словами, было бы здорово решать задачи корветов кораблями класса «фрегат» (ракетными крейсерами еще лучше!) — проблема лишь в том, что мы никогда не выстроим достаточное количество фрегатов для решения таких задач. В общем, как сказал Леонид Ильич Брежнев, экономика должна быть экономной.

Вывод же из итого вышесказанного простой: не надо ставить перед кораблями несвойственные им задачи. Корвет в принципе неспособен отбить правильно организованный налет вражеской авиации, хоть с «Редутом», хоть без него, а это сообщает о том, что ЗРК «Редут» на нем избыточен. Конечно, хорошо, когда он есть (оружия мало не случается), но задачи ПВО «сети» корветов он решить не может. Так зачем тогда на него расходовать деньги? Может быть лучше сэкономленные на ЗРК «Редут» средства направить на приобретение многофункциональных истребителей, какие действительно могут обеспечить ПВО корветов в прибрежной и, в какой-то степени – в ближней морской поясу?

Особенность военного строительства заключается в том, что деньги, которые мы можем на него выделить, последни, а вот вариантов их использования – множество. И ставя на корветы «Калибры» или «Редуты», мы фактически отнимаем стоимость этих, весьма дорогостоящих систем вооружения у иных сил и родов войск: то есть в результате избыточного вооружения тех же корветов, флот получит меньше тех же самых корветов, или иных кораблей и самолетов. Понимая это, давайте все же оставим Богу Богово, а кесарю кесарево: пускай корветы ловят подводные лодки противника, а вражеской авиацией пусть занимается наша авиация. И если же мы принимаем подобный подход, то получается, что нам не следует готовить корветы для противостояния авиации неприятеля.

Но, поскольку, даже в поясу господства нашей авиации возможности отдельных одиночных атак никто не отменял, уметь защитить себя от управляемого оружия все-таки надо. Это тем немало важно с появлением дальнобойных противокорабельных ракет LRASM (дистанция, которую могут победить эти ракеты, вплотную приближается к 1000 км), причем не надо думать, что они надолго останутся прерогативой США: в благоразумные сроки следует ожидать «расползания» таких боеприпасов по миру.

Каким должен быть корвет ВМФ России? Немного диванной аналитики

Пуск LRASM со стратегического бомбовоза

LRASM «хороши» уже тем, что противник, обеспеченный такими ракетами, может, предварительно вскрыв благосклонность нашей корабельной группировки при помощи спутников и самолетов-разведчиков, нанести страшный удар. Вполне реально подвести усиленные воздушные патрули с истребителями, аэропланами ДРЛО и РЭБ к зоне, прикрытой нашим флотом и обстрелять корабли LRASM из неопасного далека, корректируя их полет по данным ДРЛО. Да, LRASM удовольствие не из дешевых, но даже десяток таких ракет в разы недороже одного корвета.

Ну а теперь, когда мы столько времени объясняли, зачем нам корвет, и отчего он нужен нам именно такой, а не какой-то иной, перейдем уже непосредственно к кораблю.

Основным вооружением корабля… будет его гидроакустический комплекс, но вот тут у автора, увы, присутствует определенный пробел в знаниях. Собственно сообщая, современные ГАС используют стационарные подкильные, опускаемые, или же буксируемые антенны, причем, судя по всему, наилучшие итоги во вскрытии подводной обстановки демонстрируют буксируемые антенны, просто в силу вящих геометрических размеров (что, для антенны, весьма важно). Реальная полезность опускаемых ГАС неотчетлива: известно, что эсминцы США предпочитают использовать подкильные и буксируемые антенны.

Так вот, надо соображать, что подкильная ГАС корвета по определению будет обладать весьма скромными свойствами сравнительно возможностей ГАК подводных лодок. Последние зачастую строятся «вокруг своего ГАК», а вот с корветом так устроиться не получится, да он в разы меньше атомной ПЛ. Как мы знаем, в СССР этот вопрос пытались разрешить кардинально, создав титанический «Полином», полный вес оборудования которого доходил до 800 т, но… при всех его совершенствах, вопрос все же не решился, а ведь ГАК весил примерно половину корвета.

Таким манером, возможно (повторим еще раз – возможно!) и нет смысла пытаться объять необъятное, пытаясь запихнуть в корвет мощную подкильную ГАС, а ограничится небольшой, ориентированной в первую очередь на противоторпедную борьбу – но при этом, разумеется, установить новейшую буксируемую ГАС. С иной стороны, у буксируемых антенн, возможно, есть свои ограничения, в то время как подкильная ГАС «вечно с нами», в общем… предоставим в этом разбираться профессионалам. Однако отметим, что, вероятно, отсутствие на корвете относительно мощной подкильной ГАС наподобие «Заря-2», с учетом присутствия новейшей буксируемой ГАС «Минотавр-ИСПН-М» и не является ошибочным решением.

Иными словами, перспективный корвет мог бы либо повторить схему «Смелого» — «Минотавр-ИСПН-М» с подкильной антенной на базе МГК 335 ЭМ-03, либо же, все-таки, в дополнение к совсем необходимому «Минотавру» следует также установить ГАС «Заря-2». Эти варианты вытекает оценить с позиции «стоимость-эффективность», но подобное, увы, совершенно за пределами компетенции автора.

Что же до противолодочного вооружения перспективного корвета, то оно надлежит включать не менее 8 «труб» для современных 533-мм торпед, и кроме того, разумеется, не менее 8 труб 324-мм комплекса «Пакет-НК». Почему так?

Современный боекомплект иноземной атомной подводной лодки может составлять 50 торпед и ракет, запускаемых сквозь торпедные аппараты, и даже малые дизельные ПЛ имеют от дюжины больших торпед и немало. Современная подводная лодка – это грозный враг, поразить которого не так-то попросту. Для полноценного боя корвету понадобятся и дальноходные 533-мм торпеды, и аппараты-имитаторы, и противоторпеды, с учетом итого этого боекомплект в 8 533-мм и 8 324-мм «сигар» не выглядит для корвета чрезмерным. Истина, есть нюанс: «Пакет-НК» в базовой поставке имеет собственную ГАС для управления оружием и подобное выглядит открытым излишеством – торпеды и противоторпеды «Пакета-НК» следует «обучить» взаимодействовать с имеющейся ГАС корабля.

Каким должен быть корвет ВМФ России? Немного диванной аналитики

533-мм торпеда УГСТ

Устанавливаемый на «Смелый» МФ РЛК «Заслон», по всей видимости, нашему корвету не нужен и избыточен, достаточно будет обыкновенной качественной обзорной РЛС. Возможно ли обойтись чем-то наподобие «Фуркэ-2», или всё же вытекает использовать более мощные станции, наподобие устанавливаемых на патрульные корабли проекта 22160? Опять же, на этот проблема смогут ответить только профессионалы, досконально знающие возможности обоих систем. ПВО, а буквальнее, противоракетную оборону корвета должны составлять два ЗРАК «Панцирь-М», расположенных таким манером, чтобы каждая точка горизонта простреливалась как минимум одним ЗРАК.

Не вытекает недооценивать возможностей подобной техники – ракеты «Панциря» имеют дальность пальбы до 20 км, по высоте – до 15 км, что, например, превосходит возможности ЗУР 9М100, входящей в состав ЗРК «Редут» (желая, конечно, уступает ракетам с АГСН того же комплекса). Кроме того, вне всякого сомнения, корвет должен быть оборудован качественным комплексом радиоэлектронной войны и ловушками всех видов – именно они, а не огневые средства поражения, демонстрировали стабильно-высокую эффективность по доли противодействия вражескому управляемому ракетному вооружению.

Разумеется, корвет должен быть оборудован ангаром для вертолета. Идеально было бы разместить на корвете даже не одну, а две винтокрылых машины, но все же реалистичность подобного решения несколько сомнительна. Все-таки основным вертолетом ПЛО у нас еще длительное пора будет Ка-27 и его модификации, а это весьма тяжелый летательный аппарат, и умудриться «приземлить» на палубу корабля, чье типовое водоизмещение не должно превосходить 1600 – 1700 т будет едва ли возможно. Да, американские LCS тащат по 2 вертолета, но американские вертолеты меньше и легче, а LCS – крупнее.

Энергетическая установка… сурово говоря, корвет должен обладать высокой скоростью, чтобы, например, скоро выйти в район, где была обнаружена вражеская ПЛ, а с другой стороны — быть, по возможности, малошумным во пора поиска субмарин. Предположительно, лучше всего отвечает указанным требованиям смешанная ЭУ, где скорость целого хода обеспечивают газовые турбины, а экономический ход – электродвигатели. Но следует иметь ввиду, что ранее мы такого не делали, так что есть опасность построить серию кораблей с проблемными ЭУ, а этого мы сейчас себе позволить не можем.

Вероятно, есть смысл для первых серий наших корветов создать «газо-газовые» энергетические установки где и экономический и целый ход обеспечивались бы ГТЗА, которые нам достаточно хорошо удаются, а перспективное электродвижение отработать на одном, каком-либо, опытном корабле (корвет «Дерзкий»?) и лишь после того, как мы уверимся в работоспособности данной схемы – переходить на нее в массовом порядке.

Корпус… никаких ката- и тримаранов не необходимо – обычный водоизмещающий. Дело в том, что катамаран будет всегда иметь меньшую здоровую нагрузку в сравнении с кораблем равного с ним водоизмещения (необходимость жесткой «связки» его корпусов), кроме того, такие корабли получаются немало дорогими в изготовлении и излишне широкими, что затрудняет их обслуживание. Их преимущества – возможность размещения размашистой палубы и меньшие энергетические затраты на достижение сверхвысоких скоростей (эффект дает о себе ведать при приближении к 40 узлам и выше) не являются для корветов значимыми — разве лишь в плане размещения двух вертолетов, но и тут, по мнению автора, недостатки перевешивают плюсы этого решения.

Технологии «Стелс» полезны и настоятельно рекомендуются к внедрению. Конечно, корвет не сделать невидимкой, но снижение его ЭПР весьма позитивно скажется и на дистанции обнаружения самолетами ДРЛО, и на дальности захвата АГСН противокорабельных ракет. Основное, тут нужно помнить правило Парето: «20 % усилий дают 80 % итога, а остальные 80 % усилий — лишь 20 % результата». То есть нужно использовать сравнительно недорогие решения, такие как конструкция корпуса и надстройки, состоящие из плоскостей, рассеивающих излучение вражьего радара, как это было реализовано на F-117 и шведских корветах «Висбю», «потопленное» в корпус вооружение и т.д., а вот новейшие покрытия, материалы и т.д. чрезмерно удорожающие конструкцию корабля вытекает по возможности игнорировать. В общем, в части «стелс» нам нужны те самые «80% итога за 20% усилий» — и ничего сверх того.

Каким должен быть корвет ВМФ России? Немного диванной аналитики

Шведские корветы образа «Висбю»

И к чему же мы в итоге приходим? Небольшой и относительно стелсовый кораблик с газо-газовой энергетической установкой (или на частичном электродвижении) и скоростью до 30 узлов. Типовое водоизмещение — не более 1600- 1700 т. Вооружение – 2 ЗРАК «Панцирь-М», 8*533-мм и 8*324-мм торпедных аппарата, вертолет в ангаре. Раскрученный гидроакустический комплекс, недорогая РЛС, качественная система РЭБ и постановки помех – да, в общем-то, и все. Можно предположить, что подобный корабль по своей стоимости очутится сопоставимым, а то и дешевле корветов проекта 20380, и уж точно много дешевле проектов 20385 и 20386, но при этом его противолодочные возможности будут рослее.

Что сможет такой корвет? Как ни странно, очень многое. Борьба с подводными ладьями, защита каботажного судоходства, и, как ни странно, участие в десантных операциях и придание устойчивости нашей АМГ (во главе с ТАВКР «Коваль») и корабельных групп, если последние развертываются в ближней морской зоне. Обрисованный нами корвет не может, конечно, обеспечить, но вполне способен дополнить заслон десантных сил на маршруте перехода, и, как ни странно, способен поддерживать высадку огнем, если на этап операции его противолодочный вертолет будет заменен транспортно-ударным Ка-29.

Современная ПВО многослойна, и два ЗРАК «Панцирь-М» обрисованного выше корвета послужат отличным дополнением любому ордеру ПВО, выстроенному на основе ЗРК немало крупных и тяжелых кораблей. А в случае, если палубные вертолеты корветов получат возможность применять сравнительно некрупные ПКР, к примеру, что-то наподобие Х-38МАЭ (стартовой массой до 520 кг), то они получат и определенные противокорабельные возможности.

Таким манером, флот получит не поражающий воображение своей мощью и, конечно, не универсальный, но недорогой и вполне отвечающий своим задачам корабль.

/Андрей из Челябинска, topwar.ru/

Ключ

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

20 + девять =