The news is by your side.

Выжившие в Нагорном Карабахе. Как сдавалась Шуша

0 0

Выжившие в Нагорном Карабахе. Как сдавалась Шуша

На фото: Нагорный Карабах после объявления перемирия между Арменией и Азербайджаном (Фото:
Станислав Красильников/ТАСС)

Да, дела… Лавка, откуда меня полтора месяца назад в числе журналистов из-за мощного обстрела эвакуировали, сгорел. Мы заехали в Степанакерт, когда начин уже темнеть, и вот я стою на том же самом месте, откуда садился тогда в минивэн.

А вот отель «Европа» практически не пострадала. Ну пара стёкол для таких обстоятельств — это сущая ерунда. Изумительно, что её не задели — ракет для Степанакерта азербайджанские военные не жалели. Но Европа очутилось закрытой, в гостинице нет воды и электричества. И интернета — что немало важно для военного корреспондента.

И «Армения» тоже не пострадала, изумительно! Мы переместились туда. И там обнаружился и свет, и вода (пускай и холодная), и интернет. Мы счастливы — нам удалось пробраться в Степанакерт до закрытия нордовой дороги, которое ожидается завтра. Правда, наших коллег, судя по их ликам, перспектива остаться в Степанакерте на ночь не прельщала. Посовещавшись, они разом решили стартовать обратно в Ереван.

В холле «Армении» пылает свет, накурено. Возле входа — мешки с мусором. У ресепшена — коробки с продуктами и водой. Ходят туда-сюда бородачи с машинами. Среди них и женщины с оружием. Романтика! Всё как я люблю. И все тут братья и сёстры.

Помимо военных и добровольцев, сюда приехали и штатские. Они разыскивают сыновей, племянников, внуков — живых или мёртвых боец, кто попал в мясорубку войны. У каждого свои миссии, мишени и задачи. Все обсуждают друг с другом обстановку, обмениваются информацией. «Армения» сделалась неформальным информационным центром. В гостинице нет мест, сообщают нам на ресепшене.

Возле вайфая тлеет (смотря какая скорость) журналистская жизнь. Мы знакомимся с коллегами. В основном, это представители официальных каналов и изданий, какие аккредитованы министерством обороны РФ и которые заехали сюда совместно с колоннами российских миротворцев через Лачинский коридор.

Первый контакт с официальной Отечеством — в холл зашёл российский военный. При виде русского офицера разом захотелось упасть и отжаться, так он бодро давал распоряжения журналистам из пула министерства обороны. Машина! Идеально отлаженная военная машина. Мы совместно с пулом заселились в соседнюю с «Арменией» отель. Слава России.

Как раз перед нашим приездом в гостинице «Валекс» показался свет, а вместе с ним и горячая вода — заработали насосы. Связи нет, но «Армения» в сотне метров. Коллег известие об электричестве и горячей воде мощно обрадовало. На самом деле, человеку для счастья мало нужно — свет, вода, еда. Ну и для журналистов — интернет.

Ночь прочертили во сне и тепле — отопления не было, но мы почивали в одежде под одеялом. Вполне терпимо, не замёрзли. Но свет и воду с утра отключили — экономия!

С утра исследуем город. Здесь появились первые признаки жизни. Только совсем недавно, как нам произнесли, в Степанакерте оставалось человек сто, не больше. Но сейчас уже на путях заработали одинокие светофоры, появились автомобили. Заработали первые магазины.

Отворился и первый пункт раздачи продуктов. Еду привезли и в отель. Тушёнка, сгущёнка, консервы, хлеб — что ещё нужно человеку? О, лимонад! После бессердечного средневековья наступил военный коммунизм — всё раздаётся и хватается бесплатно.

Везде видны последствия ракетного урагана — во немало домах выбиты стекла, некоторые «украшены» чёрными пятнами пожаров. В стене одного дома торчит ракета, ещё одну мы увидали воткнутой посреди дороги. Но даже в сильно повреждённых домах уже начинают жить люди. В одном из таких я видаю торчащую с балкона трубу, из которой идёт дым — некто растопил печку-буржуйку.

Здание «Карабах-Телеком». Сюда пришлось несколько ракетных ударов. В сети прогуливается ролик, снятый с камеры из дома неподалёку — я разузнал знакомый ракурс. Били кассетными зарядами. Скорее всего, именно вышка мобильной связи, стоящая на этой улице, и сделалась военной целью. Не все ракеты разорвались, судя по звуку с видео, но те, что подорвались, разродились ураганом осколков. Стены, асфальт — все в сколе. Припаркованные автомашины искорёжены и вскрыты, как консервные банки. Два автомобиля сгорело.

Мы возвысились вверх, и на одном перекрёстке мой телефон словил азербайджанскую сеть, чего до этого никогда тут за ним не наблюдалось. Говорят, азербайджанцы разгоняют мобильную связь, чтобы ввести сообщение с занятой ими Шушой. На экран моего телефона МТС выкинул «Добро пожаловать в Азербайджан». Спасибо, но нет. Мерси, Баку.

Мы дошли до базара, он принял на себя тоже несколько ударов. Рынок отворён, но пока не функционирует. Но, несмотря на это, нас накормили в небольшом кафе далмой — что-то образа армянских голубцов. Хозяин сказал, что он мог сделать и шашлыки, но в городе траур — из-под Шуши привезли уложенных армянских военнослужащих.

С живым солдатом, защищавшим Шушу, я невзначай познакомился вечером всё в той же гостинице «Армения». Его призывают Арсен, ему завтра должно исполниться 20 лет. Войну он встретил на спешной службе. Его подразделение защищало Шушу. По его словам, на момент подписания договоренности там не было азербайджанцев, город был зачищен. Однако по условиям перемирия его всё равновелико пришлось сдать. Но ещё четыре дня армянское подразделение стояло в Шуше, пока их не вывели российские миротворцы. Вот так. Политики развязывают брани, политики договариваются, чтобы потом эти войны остановить. А разменной монетой служат жития вот таких парней. Этому солдату повезло — он свою Отечество защищал до самого конца и остался жив.

Нагорный Карабах, конфликт, взаимоотношения Армении и Азербайджана

Путин: отказ Пашиняна от соглашения по Карабаху стал бы самоубийством для Армении

Путин: Турцию сложно обвинить в нарушении интернационального права в конфликте в Карабахе

«Пока нация в шоке»: российский эксперт призвал не сыпать соль на раны армян, «какие сами виноваты»

Владимир Соловьев жестко высмеял Ксению Собчак

Ключ

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

2 + четырнадцать =